Осиротевшие души

Статья для христианской газеты «Екклесиаст».


В России более 700 тысяч детей признаны сиротами или оставшимся без попечения родителей (социальными сиротами). Ежегодно количество таких детей увеличивается. Из материалов 9 ежегодного государственного доклада
«О положении детей в Российской Федерации, 2002

Миллионы детей остались без родителей и воспитываются в домах ребенка, детских домах, приютах, интернатах, и число их, по данным социологов, из года в год увеличивается на 170 тысяч. За последние 10 лет количество сиротских учреждений возросло в 3 раза.

На закате социализма, когда я училась в школе, дети из интерната или детдома были пугающим символом – изгоями. Их боялись и бежали от них, как от чумы. «Детдомовский, интернатский» — было как клеймо, которое означало «неисправимый, отпетый бандит и хулиган». Беспредел всегда связывался с детьми из детдома. Я не знаю, было ли это везде или это было явление местного масштаба. Возможно, что наши учителя использовали неблагополучные судьбы детей как страшилку для нас, чтобы мы лучше учились и родителей слушали. Однако, статистика подтверждает, что 40% преступлений несовершеннолетних приходится на детдомовских детей.

Когда мне представилась возможность познакомиться  с детьми из детского дома-интерната, я готовилась к самому худшему. Воображение рисовало наглых подростков, которые подсмеиваются над нами, отпуская пошлые шуточки в наш адрес. Как я ошибалась!

На первой встречи они были напряженными и замкнутыми.  Они отмалчивались, но я ощущала на себе любопытные взгляды искоса. Но когда поворачивалась, улыбаясь, то дети отворачивались с насупленным выражением. Когда я попыталась обнять одну из девочек, она сбросила мою руку и замерла.

Лед ломали очень долго. Постепенно дети оттаивали, появилось любопытство, они рассматривали нас как пришельцев с другой планеты. Первая мысль, которая отпечаталась в моем сердце – с ними ты не можешь играть в любовь. Их просто надо любить. По мере общения с ребятами, мы проникались доверием друг к другу. Именно тогда я вдруг осознала весь ужас сиротства, насколько глубоко дух отверженности поразил детей. Казалось бы отсутствие полноценной семьи, заботы родителей само по себе уже очень плохо. Но во время наших встреч дети вдруг говорили такие вещи, которые заставляли меня внутренне содрогаться.

Однажды во время игры один мальчик сказал, что у него нет будущего. Я удивилась: «Как это нет будущего?». Ведь дети обычно живут будущим, мечтают быть космонавтами, бизнесменами, врачами, учителями или просто быть взрослыми.

– Почему ты так думаешь? — не успокаивалась я. – Кто тебе такое сказал?

– Все говорят, что я глупый, плохо учусь, а у таких нет будущего.

Во мне поднялось негодование: – Неправда, Миша. У тебя есть будущее. Даже если ты плохо учишься, это можно поправить.

Как мне хотелось рассказать ему, что целая плеяда таких «плохих учеников», стала потом известными на весь мир Эдисоном, Биллом Гейтсом, Робертом Кийосаки, Генри Фордом. Потом я узнала, что этот мальчик к 13 годам уже три раза лежал в психиатрической больнице, а совсем недавно – четвертый. Он рассказывал, что любит смотреть черно-белые мультики, которые бывают, когда дышишь зубной пастой. Когда его спросили, о чем он мечтает, он не понял. Потом его спросили, чтобы он купил, если бы ему дали миллион? Он ответил, что купил бы много лапши быстрого приготовления, а то «вечером есть охота», а еще много сигарет. Чтобы осуществить свои непритязательные мечты, Миша «находит» цветной металл и сдает в местный приемный пункт. Его не жалуют сверстники и мальчик постоянно терпит на себе издевательства. Вот такая жизнь. Я все время думаю, кем станет этот мальчик, когда вырастет? И если не помочь ему сейчас, то как все эти детские обиды преломятся во взрослой душе?

Хочу сразу оговориться, что это не вина обслуживающего персонала. Они делают все, что в их силах. Но ведь они не могут заменить нежности матери и заботливости отца. Но самое страшное, то что думают дети о себе и своей судьбе. Об этом они пишут в письмах, но никогда не говорят вслух. Несколько моментов в этих письмах меня особенно поразили.

Одна девочка рассказывая о прошлом, о своей семье, написала, что их в семье девять человек. Папу убили, а мама пьет. Их отдали в детский дом. Она пишет: «Хорошо, что теперь у меня есть крыша над головой и здесь кормят. Мы одеты и обуты». Читая эти строки, я не могла себе представить, какова же была жизнь этих брошенных детей? Детский дом показался им «раем».

Другая девочка поделилась со мной: «Я никогда не буду счастливой, потому что меня никто не любит». Я удивилась: «Почему ты решила, что тебя никто не любит?». Ее ответ поразил: «У меня нет родителей, кому я такая нужна?». Еще одна девочка попросила меня в письме: «Помоги мне бросить курить и пить». А ей ведь всего лишь 13 лет!

Громадный дефицит любви в детских душах толкает их к тому, чтобы найти источник его восполнения. И зачастую такие дети становятся жертвами обмана, насилия, проституции, попадают в криминальные круги. Им так хочется быть любимыми, важными, востребованными. Каждый месяц из детских домов кто-то убегает в поисках «лучшей жизни». К примеру, две девочки-подростка убегают, чтобы «подрабатывать» своим телом, голосуя на трассах.

Кто-то, не справляясь с внутренней пустотой и болью одиночества начинает токсикоманить, пить.

По данным Генеральной прокуратуры,

·  10% выпускников государственных детских домов кончают жизнь самоубийством,

·  40% (!) становятся преступниками,

·  40% — наркоманами и алкоголиками,

·  и только 10% (!) находят достойное место в жизни.

Есть ли ответ у общества на эту проблему? Как помочь детям-сиротам? Многие отделываются просто материальной помощью. Это неплохо – помогать детям материально. Но сиротство – это не просто отсутствие материальных благ. Отверженность – это болезнь души. Сиротство – это что-то противоестественное.

Так не должно быть. Иисус Христос сказал: «Не оставлю вас сиротами». Повсюду в Библии звучит заповедь о том, чтобы «призирать сирот». По словарю В.Даля, «ПРИЗИРАТЬ — взглянуть, бросить взор со вниманием, с участием, сочувственно, милосердно; принять, приютить, пристроить, дать приют и пропитание, взять под покров свой, и озаботиться нуждами ближнего».

Если вам хочется взглянуть на будущее России, то логично посмотреть именно на подрастающее поколение.

Ведь то, что сейчас вкладывается в детей через некоторое время придет во все сферы российского общество. Именно дети – наши будущие политики, рабочие, чиновники, матери, служащие, предприниматели, юристы, врачи, учителя и т.д.

Что же нас ожидает завтра, если сегодня по данным специалистов около 50% детского населения находится в зоне риска?

Ирина Платонова.

Копирование материала с указанием автора и обязательной ссылкой на источник.

По данным специалистов, сегодня Россия переживает третью (после гражданской и Великой Отечественной войн) волну социального сиротства.

В настоящее время в России два с половиной миллиона детей школьного возраста (более 10% соответствующей популяции) нигде не учатся. Именно на этих детей падает до 40% преступности несовершеннолетних.


По различным данным, от двух до четырех миллионов детей бродяжничают. Статистика свидетельствует: по числу детей-сирот, приходящихся на каждые 10 тысяч детского населения (а по данным государственного комитета России по статистике сейчас в Российской Федерации проживает 40 миллионов детей), Россия занимает первое место в мире.


Почти 50% детского населения страны (около 18 млн.) находится в зоне социального риска. 2 тысячи детей в год заканчивают жизнь самоубийством. Только в Московские больницы ежегодно попадает 1800 детей, совершивших попытку суицида.


В нашей стране 573 тыс. детей-сирот, 422 дома ребенка для 35 тыс. детей: 745 детских домов для 84 тыс. детей, 237 школ-интернатов для 71 тыс. детей.

Ежегодно в России выявляется около 100 тыс. детей, нуждающихся в опеке.


(М. Дзялошинская, руководитель Проекта «Российская пресса: в повестке дня социальное сиротство»).